lyubimica_mira (lyubimica_mira) wrote,
lyubimica_mira
lyubimica_mira

Что ты будешь есть: манную кашу или осьминога? )

Оригинал взят у vbulahtin в Что ты будешь есть: манную кашу или осьминога? )
Посольство США открыло новую российско-американскую литературная программу для школьников под названием «Между строк».

Поскольку я и к литературе неравнодушен, и к литературе "между строк", краем глаза взглянул на параметры программы (расходы на международный перелет, проживание и питание в США оплачиваются программой. Также возможно, но не гарантированно, ограниченное финансирование перелетов внутри России и проживания в Москве до начала программы (во время визового собеседования).
)
-----
"Участники будут посещать литературный семинар (на английском языке), целью которого станет обсуждение специально отобранных литературных произведений в прозе и стихах из разных стран мира. Они также будут участвовать во втором семинаре на русском или на английском языке, в рамках которого они будут развивать свои писательские навыки и обсуждать свои работы с другими участниками. Занятия проведут преподаватели из числа признанных литературных деятелей"

Сразу заинтересовался признанными литературными деятелями.
Вот они:
2015 BTL Instructors
Поскольку про Алису Ганиеву что-то слышал, тут же обратился к её творчеству

И особенно мне понравилась сказка, в которой можно "между строк" усмотреть и почти невыразимую связь с новой российско-американской литературной программой для школьников))

Жила-была девочка, и звали ее Катерина. Обитала она в большом зале вместе с целым полчищем детей. Дети носились по залу и частенько сбивали Катерину с ног. Катерина падала, разбивала себе нос и громко рыдала. Все эти дети были ее братьями и сестрами, и число их росло с каждым днем. Так что всем было весело.
Папы у Катерины не было, а мамы она никогда не видела. Только раз в день входила нянечка с белой наколкой в волосах и говорила: «Вот вам еще один братик» или «Вот вам еще одна сестренка» — и пропадала. А после нянечки оставался новенький сверток с ребенком, который пищал и все время требовал молока.
Старшие Катеринины сестры уже выросли и были большими девочками, которые сами могли стать мамами. Они бродили по залу, держась за руки, и томились. Иногда кто-нибудь из детей помирал, и тогда нянечка с наколкой уносила его восвояси.
Катерина не знала, что находится снаружи дома, но порой ей удавалось дотянуться до окошка и разглядеть голубоватый луг и прудик.
С каждым днем детей в зале становилось все больше и больше, и, однажды, проснувшись, Катерина поняла, что не может двинуть ни рукой, ни ногой, до того сильно ее зажало телами сестер и братьев. Стало очень тесно и душно. А все же весело.
«А-а-а-а! — закричала Катерина, — заберите меня отсюда!»
И тут же ее желание исполнилось. Откуда ни возьмись возникла нянечка с наколкой и выволокла ее наружу. Впервые Катерина оказалась за дверью зала.
— Нянечка, — спросила Катерина, — а где я теперь буду жить?
— Живи где хочешь, — ответила нянечка и ушла.
Катерина стала разглядывать дом снаружи. Это был большой зеленый цилиндр с маленькими окошками и единственной железной дверцей. Катерина рванулась было назад, в зал, но тотчас передумала и повернула к желтой тропинке, которая вела ее, вела и вывела к васильковому лугу. Посреди луга Катерина увидела прудик, а в прудике — большущего осьминога. Осьминог не разговаривал. Катерина тоже. Так они просидели час, а может, и больше.
— А что ты здесь делаешь? — наконец спросила Катерина.
— Осьминожу, — ответил осьминог.
После этих слов он скрылся под водой и больше не выныривал. Тогда Катерина пошла дальше по лугу — туда, где стояли маленькие деревья. За деревьями почему-то оказалась стенка. Катерина постучала в стенку кулаком, и тогда из нее вытянулась длинная волосатая рука, схватила девочку за плечико и дернула. И через секунду Катерина оказалась по ту сторону стенки.
По ту сторону стенки, оказывается, росла вширь большущая комната, в которой на полу валялись какие-то шнуры, катались на колесиках странные аппараты и семенили туда-сюда дяди и тетечки. Под потолком висел большой экран, а на экране Катерина увидела тот самый зал, в котором она выросла. Дети в зале цеплялись друг за друга пальцами и громко визжали. А старшие девочки утомленно фыркали. Тут зашла нянечка с наколкой с большой кастрюлей в руках. Дети тотчас замолкли и побежали к кастрюле, на ходу вытаскивая деревянные ложки из-за пазух. Так что всем стало весело.
Катерина нащупала и свою ложечку и поняла, что проголодалась. Она дотронулась до длинной волосатой руки и сказала: «Хочу есть».
У руки оказалось еще и туловище, и ноги, и даже голова. На голове росли рыжие волосы, рыжая борода и двигалось лицо. В общем, это был самый обычный дяденька. Дяденька сказал:
— А вот ты сделай что-нибудь интересное, и тогда мы тебя накормим.
— Я прочитаю стишок, — сказала Катерина и вытянулась в струнку.
Тут же в зале поднялась суета, и к девочке подъехал загадочный аппарат на колесиках.
Катерина начала:
В избушке темной и глухой
Жил Страхолюдина плохой.
Он брал топор, и молоток,
И ниток шерстяной моток,
Кухонный нож, змеиный яд,
Наряд пленительных наяд,
Набор серебряных колец
И долго шел на Тот Конец.
Придя на дикий бережок,
Брал Страхолюдина рожок
И дул, пока со всех сторон
Не прилетало сто ворон.
Потом они, собравшись в круг
Соединеньем крыл и рук,
Плясали польку и трепак,
Пока неопытный рыбак
Не набредал на их кутеж.
«Теперь, детина, не уйдешь!» —
Так Страхолюдина кричал
И, сев на маленький причал,
Брал свой топор и молоток,
И ниток шерстяной моток,
Кухонный нож, змеиный яд,
Наряд пленительных наяд,
Набор серебряных колец…
Вжик-вжик, и рыбаку конец.
А сто ворон
— кар-кар, вир-вир! —
Кружили, предвкушая пир…
— Браво! — закричал дяденька. — Что ты будешь есть: манную кашу или осьминога?
— Манную кашу, — ответила Катерина.
И ее отвели в соседнюю комнату, где стояли стол и кровати, а на кроватях валялись люди в наушниках и кричали: «Крупный план!», «Общий план!»
С тех пор Катерина то и дело читала стихи перед аппаратом, и ее показывали на экране под потолком. Так продолжалось, пока Катерина не выросла. А как только она выросла, дяденька с рыжей бородой женился на ней и поселился с ней прямо на лугу, около пруда. Только осьминог в пруду уже почему-то не показывался.
А как только у Катерины родился младенец, откуда ни возьмись, прибежала няня с наколкой и сказала:
— А давайте-ка сюда вашего лялю, я его в зал отнесу!
— А относите! — ответила Катерина и засмеялась.
Ей было хорошо и весело.
И дяденьке тоже.
И нянечке.
И младенцу.
Только осьминогу не было весело, потому что его уже съели.
--------------------

вот одно из условий подачи заявки на участие в литературной программе
34560



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments