lyubimica_mira (lyubimica_mira) wrote,
lyubimica_mira
lyubimica_mira

Categories:

Первый советский «Оскар» / Памяти Владимира Сущинского

Оригинал взят у mamlas в Первый советский «Оскар» / Памяти Владимира Сущинского
Саранский кинооператор Владимир Сущинский снимал войну в упор
Подвигу советских фронтовых кинооператоров посвящается

Пятнадцатая церемония вручения премии «Оскар», проходившая 4 марта 1943 года в Лос-Анджелесе в концертном зале фешенебельного отеля «Амбассадор», началась с сенсации. Впервые престижная награда американской киноакадемии вручалась иностранной картине. Победу в номинации «за лучший полнометражный документальный фильм» присудили советской ленте «Разгром немецких войск под Москвой». На латунной табличке заветной статуэтки было выбито: «За героизм русского народа при защите Москвы и за работу над фильмом в условиях чрезвычайной опасности». ©




Первый отечественный «Оскар» стал признанием мужества, отваги и творческого подвига советских фронтовых кинооператоров в годы войны, главным оружием которых была кинокамера. За 1418 дней войны, рискуя собственной жизнью, они сняли 3,5 млн. метров кинопленки, более 500 номеров киножурналов и выпусков, 101 документальный фильм. Было снято 3 млн. 500 тыс. метров кинопленки. Именно им мы обязаны нашей живой памятью о той войне – Великой Отечественной… Ход боевых сражений на всех фронтах снимали 252 кинооператора Центральной студии документальных фильмом СССР. Каждый пятый погиб на фронте. Среди тех, кто снимал фронтовую реальность, был и наш земляк, кинооператор Владимир Сущинский.

Каким он парнем был

Он погиб 22 февраля 1945 года при освобождении Советской армией от фашистских захватчиков польского города Бреслау (ныне Вроцлав). В его честь названа одна из улиц Саранска. Но сегодня горожане мало знают о герое, чьё имя увековечено на карте столицы Мордовии. Хотя в Республиканском краеведческом музее хранится обширный архив документов, переданных туда его младшей сестрой Калерией. Увы, нам не удалось найти людей, лично знавших Владимира Сущинского. Но благодаря письмам и воспоминаниям его друзей, собранным энтузиастами–исследователями, можно понять, «каким он парнем был».


Сложно сказать, откуда у Владимира появилось пристрастие к кинематографу. Родился он 5 сентября 1912 года в семье саранских интеллигентов. Его мама, Александра Михайловна, работала учительницей, отец, Александр Гаврилович (из обрусевших поляков), – ветеринарным врачом. Жили Сущинские в доме № 8 по улице Первомайской (теперь Красноармейская), недалеко от набережной Саранки. По свидетельствам ровесников Сущинского, ещё в раннем детстве он увлёкся фотоделом. Кроме того, Володя коллекционировал афиши кинолент, открытки с кадрами из художественных фильмов и изображением артистов. Телевизоров тогда в домах ни у кого не было. Кинофильмы зрители смотрели только в кинотеатрах, считали их ожившим чудом. Тем более удивительным казалось для приятелей, откуда Владимиру удавалось раздобыть «кинораритеты». Впрочем, парень отличался не только разносторонней эрудированностью, весёлым характером, прекрасно играл на пианино, много читал, катался на коньках, но и обладал завидной коммуникабельностью, легко находил общий язык с любым человеком.

Будучи ещё школьником, Сущинский подружился с местными киномеханиками, частенько приходил к ним на работу, внимательно рассматривал там аппаратуру. А потом с помощью дядей-механиков сам изготовил проекционный фонарик, и, потушив свет в комнате, показывал соседской детворе собственные нарезки кадров из кинолент, на словах поясняя сюжет. Окончив семилетку, он три года отучился в Саранском энергетическом техникуме, после которого получил направление на трудоустройство по специальности в городе Куйбышев. Но душу уже дипломированного техника-энергетика всё сильнее одолевала мечта овладеть магией кинотворчества. Чтобы приблизиться к её осуществлению, Сущинский переехал в Москву, устроился на работу во Всесоюзный политехнический институт и параллельно готовился к вступительным экзаменам в Институт кинематографии. Но достичь цели оказалось не так просто. Сначала Владимиру пришлось отслужить полагавшиеся два призывных года в Красной армии. Однако, демобилизовавшись, он поступил-таки во ВГИК.

«Прошу направить меня на фронт!»

Операторский факультет ВГИКа Сущинский окончил летом 1941-го и по распределению отправился в Пятигорск, где снял свой первый сюжет. «Сегодня днем снимали племянницу Лермонтова…в домике, где жил Лермонтов, - делился Владимир радостью с женой. - Сегодня же снимали место дуэли Лермонтова и Мартынова». В Пятигорске и застала его война.

«Идет 3-й день мобилизации, – писал он 25 июня 1941 года. – Уходит молодежь... остаются старики, старухи... звучат оркестры, провожающие машут платочками... плачут. Завтра мы будем снимать такой сюжет. Выехать из Пятигорска, не будучи командиром Красной Армии или не имея на руках повестку, невозможно. Бросать съемку нельзя. Ехать призываться – «рано, еще успеете», как сказал нам здесь военный комендант».

В сентябре 1941 года Сущинского призвали в армию, но командировали в воинскую часть, находившуюся в глубоком тылу. В первом же письме оттуда он сообщает: «Послал начальству телеграмму: прошу направить меня на съемку боевых фронтовых эпизодов, окончил ВГИК, квалификация - оператор, специальность - хроника. Могу снимать в любых условиях, любых обстоятельствах...».


В феврале 1942 года его часть была направлена на Карельский фронт. Здесь ему присвоили звание сержанта, он был назначен командиром орудия. В мае Сущинский был зачислен на Центральную студию кинохроники ассистентом оператора, он прибывает в киногруппу Волховского фронта. Здесь и были сделаны его первые фронтовые киносъемки. Снимая хронику, оператор стремился показать обстановку переднего края, многообразие фронтовой жизни. В воинских частях привыкли к Сущинскому, солдаты забывали, что их снимают. Так рождалась правда репортажа.

В июле 1942-го он писал жене: «Снимать мы ездим по всему фронту, работа интересная, я всеми силами буду стремиться, чтобы мой материал все улучшался, чтобы могли сказать: «ничего снимает». Хочу снимать очень хорошо, но пока еще нет достаточного навыка, что ли, - самокритично признавался Владимир. - Один оператор мне здесь сказал: «Это вам не художественный фильм». Правильно, тут солнца ждать и передний план ставить некогда, но добиваться наиболее выразительного и характерного кадра - надо. Ставлю перед собой задачи: 1.Снимать только по продуманному железному сценарию или плану. 2.Подавать наиболее интересно сюжет (материал)»...

Видя трагические результаты фашистской агрессии, страдания и гибель ни в чем неповинных соотечественников, и на собственной шкуре испытывая все тяготы фронтовой действительности, в душе Владимир Сущинский оставался романтиком. Вернувшись с задания, он мыслями обращался к жене и спешил поделиться с любимой: «Приехал со съемок, все в порядке. Получил письмо от тебя, Кали и открытку от папы. Отвечу после, как приведу в порядок материал и сделаю пробы. Все, в общем, у меня хорошо и полный порядок, не беспокойся. Я нашел здесь недалеко, в брошенных жителями домах, пианино и рояль, иногда играю там прелюдии Шопена, вальсы Штрауса. Инструменты разбиты, но играть можно. …Снял сюжет «Начальник переправы» – о Герое Советского Союза подполковнике Коровине. Славный человек, напоминает Чапаева – непосредственный такой же... За окном – голубая «белая ночь»...»


Сила кадра

Если битва за Москву стала переломным событием для сознания советских людей, которые, наконец, поверили, что врага все-таки можно бить, то после фильма «Разгром немецких войск под Москвой» наступил перелом и в работе фронтовых кинооператоров. Получив мировое признание, они начали работать более уверенно и содержательно. Видя, какой ценой достигается победа, люди понимали, что именно советский солдат, грудью вставший на защиту своей Родины, является главным героем войны.

Кинорепортаж из… ада

В январе 1943-го во время прорыва блокады Ленинграда он отснял более 10 сюжетов, находясь непосредственно в боевых порядках войск, осуществлявших прорыв в районе Синявино, снял встречу Волховского и Ленинградского фронтов. За проявленное во время съемок мужество и отличную операторскую работу был награжден медалью «За оборону Ленинграда».

Он шел вместе с передовыми частями армии, снимал в траншеях, только что отвоеванных у гитлеровцев. Посылая однажды материал на студию в Москву, Сущинский сделал приписку к монтажному листу: «Ввиду того, что съемка производилась в непосредственных боевых условиях, перезарядка некоторых кассет производилась не в перезарядном мешке,.. руки были в кусках грязи и пыли, - возможен брак». Как ни странно, но монтажники брака не обнаружили...

С войсками 4-го Украинского фронта Сущинский сражался на Днепре, форсировал Сиваш, снимал освобождение Крыма, бои за Карпаты.


В Крыму произошёл почти комичный случай. Увлекшись съемкой, гвардии кинооператор оказался впереди атакующей пехоты и столкнулся нос к носу с десятком гитлеровцев. Фрицы, увидев направленное на них доселе невиданное «оружие» (камеру), растерялись и подняли вверх руки. Прийти в себя им не дали наши подоспевшие солдаты.

В мае 1944-го, снимая бои за Севастополь, Сущинский вошел в город в рядах стрелкового полка и снял первый ворвавшийся в город танк. Даже получив ранение, он, поддерживаемый двумя солдатами, продолжал съёмки.

В Ужгород капитан Сущинский попал вместе с танковыми частями. Посылая пленку в Москву, он пояснял: «Стремительность движения и нахождение оператора среди десанта на танке, следить с которого и заниматься съемкой попадающихся интересных эпизодов, невозможно, делают материал отрывочным, неполным. Возможно, найдутся и совершенно несвязанные планы. Надеюсь на имеющийся у других операторов материал и выражаю надежду, что в общем комплексе эти отдельные планы свяжутся». В этом замечании весь Сущинский: снимая материал, он не думал об опасности...Боевые товарищи поражались, как Сущинский умудрялся снимать разрывы крупнокалиберных снарядов наших пушек на расстоянии 150 – 200 метров от себя: «Он снимал войну в упор такой, какая она есть».

За храбрость и героизм его наградили орденом Красного Знамени и двухнедельным отпуском. Но Сущинский пробыл дома лишь шесть дней. Не мог он отсиживаться в тылу, пока другие гибли на фронте, защищая Родину.

За две недели до гибели он писал родителям: «Все мы идём дальше на Берлин. Вы, дорогие мои, не беспокойтесь, что от меня нет долго писем».

«Камеру, камеру сохраните!»

22 февраля 1945 года советские войска вели наступление в районе Железной дамбы на подступах к Бреслау. Когда началась артподготовка, заговорили орудия, снаряды гвардейских минометов прочертили огневые трассы. Сущинский стал искать точку, откуда бы открывался широкий обзор места боя. Он снял перебегающих через насыпь наших пулеметчиков, разрыв вражеского снаряда. И тут один из осколков резанул Сущинского в голову. Но он продолжал снимать... Теряя сознание, он повторял: «Камеру, камеру сохраните!».

В 1946 году В.А. Сущинского посмертно удостоили Сталинской премии. Его награды – медаль «За отвагу» и орден Отечественной войны 1 степени передали родителям героического кинооператора.

Мила Мельникова
«Известия Мордовии», 18 февраля 2015

Tags: ВОВ, Кино
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments